«Высочайшие повеления» российского императора Александра I как правовой инструмент по сохранению историко-культурного наследия мусульман Крыма. Первая четверть XIX века

Научная статья

УДК 351/354+001.814.4+303.425.6+172.3+297.17+712.03+93/94+303.423

+351.85+351.9+002.513.5+001.92+930.85+32.019.52+316.6+316.61+930.2+930.24+32.019.51+394.014+930.25+719

DOI 10.28995/2073-0101-2026-2-440-456

Для цитирования

Конкин, Д. В. «Высочайшие повеления» российского императора Александра I как правовой инструмент по сохранению историко-культурного наследия мусульман Крыма. Первая четверть XIX века // Вестник архивиста. 2026. № 2. С. 440-456. DOI 10.28995/2073-0101-2026-2-440-456

Конкин, Д. В.

Крымский федеральный университет им. В. И. Вернадского, г. Симферополь, Российская Федерация

«Высочайшие повеления» российского императора Александра I как правовой инструмент по сохранению историко-культурного наследия мусульман Крыма. Первая четверть XIX века

«Высочайшие повеления» – предписания, исходящие от монарха, которые, в отличие от законов, могли иметь устную форму. Если законы должны были обнародоваться Сенатом, то «Высочайшие повеления» адресовались уполномоченным на то лицам. Несмотря на отсутствие первоначальной письменной фиксации, «Высочайшие повеления» по своему статусу и значимости, в определенных условиях, ни в чем не уступали официально опубликованным распоряжениям верховного правителя и в обязательном порядке следовали к исполнению.

В силу своей специфики, подобные императорские указания далеко не в полном объеме отображены в официальной деловой номенклатуре, государственном документообороте и в историческом источниковедении. Между тем эти распоряжения порой приобретали ключевое значение в ходе устранения прикладных региональных проблем. В особенности, при регулировании вопросов, возникавших в процессе инкорпорации «национальных окраин» Российской империи, которые требовали эксклюзивных подходов и нестандартных решений.

В ходе архивных исследований удалось выявить несколько документов, ранее не попадавших в орбиту внимания исследователей, в которых зафиксированы «Высочайшие повеления» императора Александра I, направленные на решение ряда специфических задач, связанных с особенностями историко-культурных традиций крымских татар. Следует отметить, что по состоянию на начало XIX в. эти традиции далеко еще не в полной мере были изучены и учитывались при выработке ведомственных распоряжений. В связи с чем, принятые на официальном уровне приказы порой шли в разрез с устоявшимися бытовыми практиками и обычаями старожильческого населения. Выявленные в архивах «Высочайшие повеления», как правило, были направлены на исправление подобных проблем, устранение излишней законодательной унификации.

После непосредственного ознакомления с крымской действительностью императором Александром I было принято ключевое решение, позволившее в дальнейшем органично вписывать новые постройки в уже сложившийся веками своеобразный архитектурный облик крымских поселений. «Азиатский фасад» Крыма получил легитимный статус и остался одной из «визитных карточек» полуострова.

Как видно, использованные западными специалистами примеры являются или неточными, или вырванными из контекста событий и никак не увязываются с якобы присутствовавшей целенаправленной политикой российской власти по истреблению татарского наследия в Крыму. Представленные в настоящей публикации «Высочайшие повеления» также свидетельствуют об иной реальности и были направлены на урегулирование локальных крымских проблем, связанных с особенностями традиционного уклада местного мусульманского населения, сложившегося историко-культурного ландшафта региона. Эти распоряжения демонстрировали персональную вовлеченность императора Александра I в дела имперских «национальных окраин», готовность принимать эксклюзивные решения, учитывавшие уникальную местную специфику.

Аннотация

Важным инструментом решения прикладных государственных проблем в Российской империи являлись «Высочайшие повеления» – устные распоряжения монарха, обязательные к исполнению для его подданных. В силу своей специфики «Высочайшие повеления» часто не фиксировались в официальных сборниках законов, но в архивных делах встречаются регулярно. Эти распоряжения порой приобретали ключевое значение в ходе устранения прикладных региональных проблем. В особенности, при регулировании вопросов, возникавших в процессе инкорпорации «национальных окраин» Российской империи. К началу правления Александра I к числу подобных регионов относилась и новообразованная Таврическая губерния, населенная в большинстве своем мусульманскими жителями. Обнаруженные в Российском государственном историческом архиве (г. Санкт-Петербург) и Государственном архиве Республики Крым (г. Симферополь) материалы демонстрируют персональную вовлеченность императора Александра I в решение местных проблем. Состоявшееся в 1803 г. «Высочайшее повеление» Александра I министру внутренних дел В. П. Кочубею стало мотиватором утверждения ключевых предписаний, касавшихся похоронных обрядовых традиций крымских татар. В результате таврическим губернатором совместно с таврическим муфтием было выработано решение, согласно которому в Крыму устанавливался запрет на массовые захоронения мусульман рядом с мечетями и в непосредственной близости от жилых массивов. Мусульманские кладбища впредь должны были обустраиваться в близлежащих и специально отведенных местах за пределами населенного пункта. Другим важным действием, появившимся благодаря прямому вмешательству императора Александра I, стало разрешение крымским жителям строить свои дома в соответствии с устоявшимися канонами исламской архитектуры. Запрет был введен в 1809 г. после утверждения единого для всей России архитектурного стандарта. В 1818 г. было сделано исключение для Крыма в результате «Высочайшего повеления» императора. Современная западная историография неизменно подчёркивает колониальный характер российского государства, проявлявшийся, в частности, в якобы продуманном ущемлении традиционных прав и обычаев, религиозной дискриминации крымских татар. Вводимые в научный оборот архивные материалы демонстрируют предвзятость и одновекторность подобной точки зрения. Документально подтвержденные свидетельства иллюстрируют отсутствие предубеждений у Александра I в отношении исламских правил и традиций, готовность принимать эксклюзивные решения, учитывавшие уникальную ситуацию «национальной окраины» Российской империи.

Ключевые слова: Александр I, Российская империя, Крым, «Высочайшие повеления», крымские татары, обряд захоронения мусульман, крымско-татарская архитектура, архивные источники.

Список источников и литературы

Орехов, В. В. В лабиринте крымского мифа. Симферополь; Нижний Новгород: Растр, 2017. 579 с.

Маргинани, Бурхан ад-Дин. Аль-Хидайа. Алматы: Кǝусар-саяхат, 2013. 470.

Стевен, А. Х. Дела архива Таврического Губернского Правления, относящиеся до розыскания, описания и сохранения памятников старины в пределах Таврической губернии // Известия Таврической ученой архивной Комиссии. 1891. № 13. С. 33–54.

Михайловский-Данилевский, А. И. Из воспоминаний Михайловского-Данилевского // Русская старина. 1897. Т. 91 (июль-сентябрь). С. 69–102, 333–356.

Тункина, И. В. Открытие Феодосии: Страницы археологического изучения Юго-Восточного Крыма и начальные этапы истории Феодосийского музея древностей. 1771–1871 гг. Киев: Болеро, 2011. 240 с.

Хисматуллин, А. А., Крюкова, В. Ю. Смерть и похоронный обряд в исламе и зороастризме. Санкт-Петербург: Петербургское Востоковедение, 1997. 272 с.

Храпунов, Н. И. Английские путешественники и Крым. Конец XVIII – первая треть XIX в. Севастополь: Альбатрос, 2022. 324 с.

Храпунов, Н. И. Бахчисарай в описаниях иностранных путешественников конца XVIII – начала XIX века. Севастополь: Альбатрос, 2022. 360 с.

Чекмарёв, В. М. Архитектурное наследие британцев в России. 1556–1941 гг. Москва: Тончу, 2022. 752 с.

Крим: шлях крізь віки. Історія у запитаннях / відп. ред. В. А. Смолій. Київ: Інститут історії України, 2014. 456 с.

Маргинани, Бурхан ал-Дин. Аль-Хидайа. Алматы: Кǝусар-саяхат. 470 с.

Clarke, E. D. (1816). Travels in Various Countries of Europe, Asia and Africa. Pt. 1: Russia, Tahtary and Turkey, 4th еd., vol. 2 , London, T. Cadell and W. Davies, 524 p.

Dubois de Montpereux, F. (1843). Voyage Autor du Caucase, chez les Tcherkesses et les Abkhases, en Colchide, en Georgie, en Armenie et en Crimee, tome 5, Paris, Librairie de Gide, 464 p.

Fisher, A. (1978). The Crimean Tatars, Stanford, Calif., Hoover Institution Press, 259 p.

Hommaire de Hell, X. (1843–1845). Les steppes de la mer Caspienne, le Caucase, la Crimee et la Russie meridionale, tome II, Paris, P. Bertrand, 598 p.

Jobst, K. S. (2007). Die Perle des Imperiums: Der russische Krim-Diskurs im Zarenreich, Konstanz, UVK, 485 s.

Kozelsky, M. (2010). Christianizing Crimea, Shaping sacred space in the Russian Empire and beyond, DeKalb, Northern Illinois University Press, XIII, 270 p.

Lazzerini, Ed. (1988). The Crimea Under Russian Rule. 1783 to the Great Reforms. IN: Russian Colonial Expansion to 1917, Ed. by M. Rywkin, London, New York, Mansell Publ., pp. 123–138.

Seymour, H. D. (1855). Russia n the Black Sea and Sea of Azof, Being a Narrative of Travels in the Crimea and Bordering Provinces, London, John Murrey, 362 p.

Williams, B. G. (2001). The Crimean Tatars, the diaspora experience and the forging of a nation, Brill, Leiden, Boston, Köln, 488 p.

Сведения об авторах

Конкин Денис Валериевич, кандидат исторических наук, Крымский федеральный университет им. В. И. Вернадского, научно-исследовательский центр истории и археологии Крыма, научный сотрудник, г. Симферополь, Российская Федерация, +7-978-828-61-56, Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

ORCID 0000-0002-6966-9963

В редакцию статья поступила 13.02.2025 г., рекомендована к опубликованию 20.03.2026 г.