«Письма во власть» как исторический источник по изучению восприятия советским народом гласности в 1986-1991 гг.

Научная статья

УДК 329.15+003.074+93/94+304.9+930.1+930.23+351.86+341.3+351.96+141.3+304.42+304.44+304.5+32.019.5+659.4+321.02+321.8+328.18+329.1/.6+329.271+329.272+329.63+329.8+34.047+364.1+364.2

doi 10.28995/2073-0101-2025-3-732-744

Для цитирования

Суданц, Б. М. «Письма во власть» как исторический источник по изучению восприятия советским народом гласности в 1986-1991 гг. // Вестник архивиста. 2025. № 3. С. 732-744, doi 10.28995/2073-0101-2025-3-732-744

Суданц, Б. М.

Российский государственный гуманитарный университет, г. Москва, Российская Федерация

«Письма во власть» как исторический источник по изучению восприятия советским народом гласности в 1986-1991 гг.

В статье анализируется изменчивое отношение советского народа к гласности на основе «писем во власть» в течение 1986-1991 гг. Эпистолярный жанр был и остается важнейшим источником в доскональном изучении истории ментальностей советской эпохи. Поэтому документальным фундаментом статьи стали ранее не введенные в научный оборот письма из фонда «Подотдела писем общего отдела ЦК КПСС (1953-1991 гг.)» Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ). Для полноценного осмысления настроений советских граждан в статье используется метод сюжетной типологизации, позволивший выявить наиболее значимые общественно-политические проблемы у составителей личных обращений.

С середины 1986 г. по начало 1987 г. ситуация изменилась, в содержание гласности привносились новые характеристики. Так, в своих частых выступлениях перед публикой М. С. Горбачев связывал проводимую политику уже с низовым контролем масс над бюрократией, с критикой и самокритикой партийных работников. Видя пассивность властных структур в деле установления демократической атмосферы, М. С. Горбачев обращается к СМИ, наделяя их полномочиями проводника свободной дискуссии о недостатках и просчетах номенклатуры. Все силы советской пропаганды были брошены на перековку «застойной» психологии позднесоветского общества. Таким образом, изначальный тезис о широкой информированности граждан был дополнен разоблачительной функцией прессы в отношении партийной администрации. Все вышеназванные положения были закреплены на январском пленуме ЦК КПСС в 1987 г.

Идеологические метаморфозы не остались без реакции в народной среде. На протяжении 1986 г. в ЦК КПСС поступило множество писем, обличающих партийную элиту, ее образ жизни и сопротивление перестройке. Авторы личных обращений ярко описывали пороки номенклатуры, особенно часто встречались обвинения в коррупции, кумовстве и предательстве коммунистических идеалов. Так, в письме М. С. Горбачеву от И. Кордзаяна из г. Батуми сообщается негативная характеристика первого секретаря Аджарского обкома А. Р. Папупидзе, который «…начисто забыл о существовании партии, свернул с намеченного ей пути и встал на путь личного обогащения». Далее приводится подробный список противоправных действий первого секретаря, в котором осуждается взяточничество и игнорирование высокой криминогенной ситуации в области.

В 1987 г. составители писем обращаются напрямую к политике гласности как важнейшему фактору общественной жизни. Все чаще звучат обвинения в нарушении линии партии, подрыве реформаторских усилий центра. С гласностью связывают освобождение от тирании консервативного чиновничества, привыкшего «жить по-старому». Очень яркий эпизод подобных настроений представлен в анонимном коллективном письме члену Политбюро Е. К. Лигачеву. В нем неравнодушные граждане сообщают: «…Перестройка и гласность обходят стороной Юго-Осетию». Описывая множественные проблемы в области, просители жалуются на всевластие первого секретаря Ф. С. Санакоева. Авторы обращения уверены в преобладании личных шкурных интересов местной бюрократии над коллективными чаяниями простого трудового народа: «Они о перестройке и не мечтают и не думают, она им мешает, у них своя перестройка, ускорения, гласность и демократия».

К началу 1988 г. у советских людей формируются две тенденции в отношении к гласности. Первая тенденция положительно критическая, предполагавшая использовать плоды гласности для расширения дискуссии с целью защиты своих принципов, интересов. Вторая тенденция негативная, но редко встречающаяся в письмах. Она полностью отрицает прогрессивную роль политических обсуждений и выступает за серьезное лимитирование гласности.

На протяжении 1988-1990 гг. политика гласности ожесточила публичную полемику. Вследствие чего в советском эпистолярном наследии эволюционно развилась линия на приспособление к критическому курсу в обществе. Так, в письме секретарю ЦК КПСС А. Н. Яковлеву от коллектива Института водных проблем АН СССР выражается возмущение несправедливым обвинениям директора Института Г. В. Воропаева в газете «Советская культура». Авторы сообщают: «Гласность не должна использоваться для ошельмовывания и травли людей». В вышеприведенном обращении коллектив просителей интерпретирует гласность в качестве средства защиты доброго имени советского человека от безапелляционных обличений в СМИ.

В начале перестройки все манипуляции с изменением содержания концепции принадлежали партийной верхушке. Советские граждане по-разному относились к данной концепции. Если изначально она вызвала к себе положительный интерес, выявила новые практики защиты гражданами собственных прав, интересов и убеждений, то с течением времени к данному курсу стали относиться с подчеркнутым негативом. Вследствие потери правящей партией контроля над метаморфозами гласности расширилась идеологическая критика, полемика, которые охватывали уже все дискурсивное пространство советского общества. Гласность стала ассоциироваться с тотальной свободой слова. А последовавший за этим процесс деконструкции сакральных символов социалистического строя вызвал возмущение у советского народа. Теперь ради возращения к стабильной политической обстановке он был готов на введение чрезвычайного положения в стране, которое автоматически отменяло все завоевания перестройки, включая политику гласности.

Аннотация

В статье анализируется отношение советских граждан к гласности на основе «писем во власть». При изучении поставленной проблемы применялся метод сюжетной типологизации. Источниковой базой работы стали письма из фонда «Подотдела писем общего отдела ЦК КПСС (1953-1991 гг.)» - Ф. 100. Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ). Хронологические рамки исследования охватывают период с 1986 по 1991 гг. В 1985 г. политическим руководством придавалось невысокое значение гласности. Данную концепцию понимали как вспомогательную опцию для лучшего информирования населения о происходящих реформаторских процессах в стране. В 1986-1987 гг. М. С. Горбачев подверг гласность существенным метаморфозам. Теперь она связывалась с критикой, самокритикой партийных чинов, а также низовым надзором за номенклатурой. Трансформация политики привлекла внимание масс. Высшие органы власти получили множество писем с критикой морально разложившейся бюрократии, которая мешает проводить реформы, в том числе и политику гласности. Народ поддержал строгую линию партии на разоблачение административных кадров. Тем не менее на протяжении всего 1987 г. в концепцию гласности привносятся радикальное содержание, направленное на деконструкцию уже советского прошлого. Центральной фигурой обличительного курса стал И. В. Сталин. Граждане были возмущены безапелляционной критикой сталинского периода. Население быстро отреагировало валом писем в ЦК КПСС. В этих обращениях были видны две новые тенденции. Авторы писем первой тенденции все еще положительно отзывались о гласности, предлагали не нарушать ее принципы. Таким образом, адресанты использовали завоевания гласности, защищая собственные убеждения и идеалы. Вторая тенденция заключалась в бескомпромиссном отторжении проводимой политики. Она была еще слабой и редкой в письмах, однако благодаря радикальной политике власти появились условия для ее развития. В 1988-1990 гг. первая тенденция выражалась во многих формах, отстаивающих личные интересы или принципы граждан. В целом за эти три года положительное отношение к гласности сохранялось в менталитете советского населения, ее осознанно использовали в качестве щита от нападок СМИ и партийной бюрократии. Необратимые изменения в восприятии произошли в 1991 г, когда правящая партия утратила контроль над проводимыми преобразованиями, а оппозиционные силы трансформировали политику гласности в неограниченную свободу слова. На последовавший напор разоблачающих советский режим критических дискуссий граждане отреагировали агрессивно. В письмах за 1991 г. уже встречаются предложения ввести чрезвычайное положение и свернуть идущие реформы. Таким образом, в сознании советского народа окончательно укрепилась негативная тенденция, ставшая концом политики гласности.

Ключевые слова: политика гласности, письма во власть, исторические источники, М. С. Горбачев, перестройка, внутренняя политика, история ментальностей.

Список источников и литературы

Белякова, Н. А. «Сообщаем о преступлении против правосудия…»: обращения и жалобы верующих в брежневском СССР // Новейшая история России. 2018. Т. 8. № 3. С. 640-658.

Попова, О. Д. «Многопартийность должна быть социалистической…»: обращения граждан к власти как источник о политическом сознании россиян в 1989 году // Новейшая история России. 2019. Т. 9. № 4. С. 1028-1041.

Савин, А. И. «Письма во власть» как модус религиозного диссидентства в брежневскую эпоху // Россия XXI. 2017. № 6. С. 118-141.

Столетова, А. С. Материальное положение советских граждан в зеркале общественного мнения 1960-1980-х годов (по данным писем в центральные органы власти и СМИ) // Научный диалог. 2020. № 3. С. 402-422.

Сведения об авторах

Суданц Борис Маратович, Российский государственный гуманитарный университет, историко-архивный институт, исторический факультет, учебно-научный центр «Новая Россия. История постсоветской России», аспирант, г. Москва, Российская Федерация, 8-962-957-80-99, Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

В редакцию статья поступила 19.08.2023 г., рекомендована к опубликованию 20.06.2025 г.